Евросоюз запустил тендер на строительство семи гигафабрик ИИ

За красивой цифрой в 30 млрд евро скрывается тот же вопрос, с которым уже столкнулись американские штаты и который хорошо знаком читателям Hunn.kz: откуда взять достаточно электроэнергии и воды, чтобы вся эта инфраструктура заработала.

Суть коротко

• Еврокомиссия объявила тендер на строительство семи гигафабрик ИИ — крупных дата-центров с новейшими чипами для обучения следующего поколения больших языковых моделей.
• Общий бюджет проекта — около 30 млрд евро: примерно 5 млрд от Еврокомиссии, 5 млрд от стран-участниц и 20 млрд от частных инвесторов.
• Предварительный интерес к участию в тендере выразили 76 компаний; разместить у себя гигафабрики хотят десять стран — Германия, Италия, Франция, Польша, Чехия, Дания, Финляндия, Греция, Португалия и Испания.
• Физическое строительство должно начаться в начале 2027 года, ввод объектов в эксплуатацию запланирован на середину 2028-го.

Что такое гигафабрики ИИ и зачем они ЕС

Гигафабрики ИИ — это крупные вычислительные центры, оснащённые высокоспециализированными чипами для обучения самых продвинутых моделей искусственного интеллекта, способных обрабатывать триллионы единиц данных. Идею анонсировала председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен на саммите AI Action в Париже в феврале 2025 года, рассчитывая повторить успех женевской лаборатории ЦЕРН — только теперь для вычислительной инфраструктуры. Смысл инициативы — сократить зависимость Евросоюза от иностранных облачных сервисов и чипов на фоне того, что масштабные дата-центровые проекты уже активно реализуются в США и Китае. Интерес отрасли оказался настолько высоким, что Еврокомиссия расширила первоначальный план с четырёх-пяти до семи гигафабрик, сообщает Euronews.

Как устроено финансирование

Закупочная процедура разделена на две последовательные фазы, рассчитанные на постепенное наращивание мощностей в течение шести с половиной лет — во многом из-за нехватки доступного финансирования. Изначально Еврокомиссия заявляла о готовности выделить на проект 20 млрд евро, но со временем сократила обязательства: доля госфинансирования снизилась примерно до трети от общей суммы, а сама Еврокомиссия обеспечит лишь половину этой доли. В рамках действующего бюджета ЕС может гарантировать только 1 млрд евро, остальное зависит от следующей многолетней финансовой рамочной программы, которая пока остаётся предметом переговоров между странами-членами. Инициативу уже критикуют за неоднократные переносы сроков — притом что риторика вокруг проекта строится на срочной необходимости догнать конкурентов.

Кто получит доступ и на каких условиях

В обмен на государственные вложения ЕС и участвующие страны получат пропорциональную долю доступа к вычислительным мощностям — для государственных проектов, исследовательских центров и лабораторий ИИ. Все операционные расходы при этом лягут на частных участников: по замыслу Еврокомиссии, гигафабрики должны быть финансово устойчивыми за счёт собственных коммерческих сервисов. Отдельный больной вопрос — технологическая зависимость: несмотря на цель создать суверенную инфраструктуру, Евросоюз по-прежнему полагается на иностранных поставщиков чипов, и Еврокомиссия уже подписала меморандумы с Nvidia, AMD и Qualcomm, одновременно закладывая в критерии отбора заявок меры против зависимости от одного поставщика.

Почему это важно для Казахстана

Казахстан ведёт похожую по масштабу и логике игру — «Долина ЦОДов» в Экибастузе заявлена как крупнейший в Центральной Азии кампус мощностью до 1 ГВт, с переговорами о размещении дата-центров Google, Microsoft, Amazon и Presight AI. Параллельно страна выстраивает финансирование ИИ-экосистемы по похожей на европейскую смешанной модели — Всемирный банк обсуждает выделение Казахстану кредита до $75 млн на Центр ИИ, облачные платформы и венчурный фонд для стартапов, причём общая стоимость программы в $149 млн наполовину покрывается казахстанской стороной — та же логика распределённой ответственности, что и в тендере ЕС. Разница в подходе к энергетике показательна: ЕС собирает деньги на гигафабрики ради технологического суверенитета, а Казахстан делает ставку на дешёвую угольную генерацию Экибастузской ГРЭС — то есть неизбежно сталкивается с тем же вопросом, что уже вызвал первый в истории США мораторий на дата-центры: власти Нью-Йорка запретили строительство крупных объектов из-за роста счетов за электричество и нагрузки на водные ресурсы. Мы уже писали и о том, что ИИ-инфраструктура в принципе потребляет огромные объёмы воды для охлаждения — вопрос, особенно чувствительный для страны с уровнем нагрузки на водные ресурсы выше порога ООН. И ЕС, и Казахстан сейчас проходят одну и ту же развилку: нарастить вычислительные мощности как можно быстрее или сначала выстроить стандарты, которые не позволят инфраструктуре опередить возможности энергосистемы и водного баланса.

Авторский вывод

Тендер на 30 млрд евро выглядит как чисто европейская история, но по сути это тот же выбор, перед которым уже стоит Казахстан в Экибастузе и перед которым недавно оказался Нью-Йорк: гонка за вычислительными мощностями для ИИ не бывает бесплатной — она всегда оплачивается либо деньгами, либо энергией, либо водой. Для Казахстана, который параллельно наращивает и угольную генерацию, и претензии на статус регионального ИТ-хаба, европейский опыт стоит держать в поле зрения не как далёкую техническую новость, а как ориентир того, какие вопросы нужно решить заранее.